Народонаселение Зиргана

Ю. Д. Морозов

Инженер-химик-технолог, Кандидат технических наук (1977).

Заслуженный изобретатель БАССР (1989).

                        КТО ПЕРВОЖИТЕЛИ ЗИРГАНА?

 

    Поговорку «хлеб всему голова» мы все, конечно, знаем. Наряду с хлебом, повышенным и постоянным спросом пользовалась соль, поскольку человек нуждается в ежедневном применении ее в пищу, а также для консервирования продуктов.

   Соль в России всегда была в дефиците, она дорого ценилась, ее берегли, экономили. Даже приметы – страшилки придумали, сохранившиеся до сих пор типа: «соль рассыпал – быть ссоре». Похоже, и Зиргану соль была «головой».

   После Оренбургской экспедиции И. К. Кирилова и строительства крепостей по р. Урал, была начата государственная заготовка и вывоз соли из залежей ее в Илецкой защите (ныне г. Соль-Илецк).

   Такой же патриот г. Стерлитамака, как и мы с вами патриоты Зиргана, Анатолий Константинович Трошин, проживая в Москве, очень глубоко проработал в Центральном архиве всю информацию о Стерлитамаке, Оренбурге, Соль-Илецке и Соляной дороге. В своей книге, в единственном экземпляре, хранящейся в Стерлитамакском музее он приводит выписки из архивных документов.

           

ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АРХИВ

Фонд 6 и 16.

л.10.

За илецкой солью ездят по большей части башкирцы и живущие в Уфимской провинции иноверцы. Ежели оную возить к берегам Камы и Волги, то две дороги  к тому признаются. Первая, способнейшая, еще в 1735 году опробована при статском советнике Кирилове, сухим путем в города Табынск, в котором соляные варницы бывали, Уфу и Бирск на реке Белой, в село Пьяный Бор на Каме , в которые места от башкирцев Кириловым несколько пудов соли принято и плачено за пуд в Уфе по 8 коп., а в Санкт — Петербурге и Москве по 20 копеек. (Тогда старая башкирская или Ногайская дорога шла от Уфы по правому берегу р. Белой, через современный Воскресенск. Белую пересекала она в Бугульчанах.)

л. 51.

Для исследования илецкой соли послан в 1744 г. секунд- майор Кублицкий с геодезистом.

л. 55.

Губернатор И. И. Неплюев доносит в кабинет Ее Императорского  Величества 21.декабря 1744г.: отправление илецкой соли возможно водою, других ближайших способов нет, как Белою, в Каму, в Волгу.

 л. 57.

Магазин учредить на Белой, выше Табынска на изгибине реки на расстоянии 100-150 верст от Оренбурга, а от Илецкой Защиты около 200 верст сделать судовую пристань, не упуская вешней полой воды, нагружать соль в суда. Лес для судов сплавлять с верховьев Белой.

л. 59.

При Кирилове (умер в 1737 г.) башкирцы поставили илецкой соли 40 тыс. пудов по 7-8 копеек за пуд.

л. 60.

Для перевозки соли можно использовать пристань в Бугульчанах. (Кублицкий 1744 г.)

л. 114.

Отдана для пробы в Академию наук адьюнкту М. В. Ломоносову 2 февраля 1745 г. илецкая соль, называемая «Чистое сердце» и «Ординарная»

л.154. 

И. И. Неплюев уговорил башкирских старшин поставить 200 тыс. пудов соли в Бугульчан.

л. 159.

Иван Борисович Твердышев в 1745 г. согласился поставленную башкирцами соль 200 тыс. пудов из Бугульчана перевезти в барках до Нижнего Новгорода по 10 коп. с пуда.

 

Фонд 355. Главное Оренбургских соляных дел правление.

ед. хр. 1, 1754 г.

Петр Рычков сообщает, что 24 февраля 1754 г. в Оренбурге опубликовано о вызове желающих поставлять илецкую соль  в Уфу, Бирск, Табынск. Сотник Оренбургских казаков Углицкий в 1754 г. подрядился доставлять в Оренбург 150 тыс. пудов соли из Илецкой защиты. 1754 г. 4 мая при перевозе илецкой соли в Уфу было поставлено 40 тыс. пудов, в Табынск и на завод Твердышева по 5 тыс. пудов. Перевозили башкирцы и мещеряки на своих лошадях. Возчики получили по 6 копеек с пуда от Оренбурга до Уфы, по 5 копеек до Табынска и по 4 копейки до завода Твердышева. Как видим  из Соль- Илецка дорога вначале была построена до пристани на р. Белой в Бугульчанах (выше г. Мелеуза), далее соль перегружали на барки и сплавляли в центральную часть России по рекам Белой, Каме, Волге.

   После неоднократных посадок барок с солью на мели в р. Белой, по предложению купца Саввы Тетюшева, позднее произведенного в надворные советники,  было решено продлить дорогу  от Бугульчан до устья р. Ашкадар и построить там пристань. Здесь, после впадения рек Мелеуз, Нугуш, Ашкадар, Селеук, р. Белая уже становилась  более полноводной. 10 января Секретным указом Екатерина Вторая разрешила поставку соли по прошению надворного советника Саввы Тетюшева, назначив его «Главным директором добывания и отправления» илецкой соли. Было принято предложение Тетюшева о продлении дороги от Бугульчан до устья Ашкадара и строительства здесь пристани. Царским указом была  поставлена задача заготовить и отгрузить 1 миллион пудов соли в 1766 году. Для перевозки привлекли 1200 тептярей «о двуконь». (тептяри это не национальность, а сословие).

  Тептяри – название значительной части небашкирского населения, жившего в 18 – начале 20 вв. среди башкир. В состав тептярей входили татары, мишари, удмурты, марийцы и мордва, сохранявшие свой язык и культурные особенности.

Лошадь с грузом идет 20-30 верст, после чего ее нужно кормить, поить и дать отдых. На новом участке дороги в удобных местах организовали четыре  «кормовищи» : в районе современных:  д. Васильевка, с.Зиргана, с.Аллагувата, ну и, конечно, в Стерлитамаке.  Почему в Васильевке, а не в Мелеузе? Да Мелеуза еще не было, а середина пути от Бугульчан до Зиргана (51 км по асфальту) находится где-то южнее современной Васильевки, которой, естественно, тоже еще не было. Скорее всего, кормовище организовали в существовавшей тогда деревне Каскына Самарова, которую в 1774 году Фрейман упоминает как Каскину. Позже эта деревня называлась Мустафиной. Сейчас этой деревни нет. Располагалась она где-то около устья речки Мекетевли

Всего от Соль-Илецка до Стерлитамака было 8 таких промежуточных постоялых дворов. С учетом конечных пунктов – 10.

Если, как я надеюсь, на конечных пунктах при погрузке и выгрузке давали людям и лошадям хоть одни сутки отдохнуть, то получается, что на промежуточных станциях ежедневно должно ночевать до 100 человек и 200 лошадей. Рецепшена я думаю, не было, но, чтобы хоть по минимуму обслужить такую ораву, заготовить корм для лошадей, накормить и т. д., постоянно здесь должно проживать немалое количество людей.

К сожалению, у меня нет имен  этих первопоселенцов постоялого двора, постепенно трансформировавшегося в Зирган.

Скорее всего, поселили тех же тептярей. Этот интернационал и стал первопоселенцами «кормовища», яма, а, следовательно, и Зиргана. Да и Зирган ли в то время это был? Первый из известных официальных документов – договор от 21 сентября 1771 года об отдаче вотчинными башкирами ясашным татарам земли  определяет: «А поселиться им на состоящем по той дороге  Чиркинском  яму деревнею 30-ю дворами и жить на том месте 30 лет». Таким образом в 1771 г. здесь уже был ям с его первопоселенцами и назывался он (если в тексте или переводе не была допущена ошибка) Чиркинским.    

К сожалению, я должен признать свою невольную причастность к неправильной дате образования Зиргана, красующейся на стелах при въезде в Зирган – 1771 год. Дело в том, что когда готовилась книга «Золото Зиргана», я переправил через Председателя поссовета Геннадия Владимировича Суркина  авторам-составителям имеющиеся у меня материалы по истории Зиргана, в том числе и копию данного договора, не заострив  их внимания на  фразу: «А жить им при Чиркиском яме» из которой ясно, что жилье здесь уже было раньше, до приезда сюда татар Казанской дороги.  В следующий мой приезд Геннадий Владимирович уже показал мне, как красиво смотрится дата на стелах. Безусловно, авторы «Летописи Зиргана» были более правы, приняв за дату образования Зиргана 1766 год, когда были построены «кормовищи» на Соляной дороге вокруг которых позже и образовались населенные пункты.

Следующий из известных документов, упоминающий Зирган датируется 12 октября 1774 года, в котором генерал-майор  Ф. Ю. Фрейман информирует, что он находится в деревне Зиргановой. Отсюда можно сделать вывод, что к 1774 г. татары с Казанской дороги построили рядом с Чиркинским ямом деревню, и все это вместе стало называться деревней Зиргановой.

Датой возникновения всех населенных пунктов, образовавшихся вокруг постоялых дворов Соляной дороги, в том числе и Стерлитамака принято  считать 1766 год. Так же считала и комиссия из очень уважаемых людей Зиргана, созданная решением исполкома Зирганского сельского совета от 7 июля 1977 года, написавшая интереснейшую «ЛЕТОПИСЬ СЕЛА ЗИРГАН».

Комиссия запрашивала Централльный Государственный архив и получила ответ, что в материалах 3-й ревизии населения 1762-1764 г. сведений о              д. Зиргановой не обнаружено. О Чиркинском яме, естественно, не запрашивали, поскольку сведений о нем у комиссии не было. Можно допустить, что и до постоялого двора здесь был ям, поскольку указом “Ее Императорского Величества” в  1745 году было предписано Оренбургскому губернатору организовать «ямскую гоньбу» от Уфы до Оренбурга. Указы тогда исполнялись, а раз есть гоньба, строились и ямы, на которых селились смотрители, а в неспокойных местах и охрана. Возможно только что « гоньбу» организовали через Воскресенск, который к тому времени уже был, а дороги строились от деревни к деревне, а не как теперь – мимо населенных пунктов.

 

    Справка: л. 21. 1 ноября 1766 г. Савва Тетюшев сообщает, на Стерлитамакскую пристань в 1766 году привезено из Илецкой Защиты соли:

  • вольными, именуемыми « черкасцами» на 272 фурах 16 697 пудов 36 фунтов, по 61 пуду на фуру,
  • Оренбургскими и Самарскими казаками и другими вольными людьми 195 лошадей , 5 633 пуда 26 и 1/4 фунта, по 29 пудов на лошадь.
  • Тептярями в две поездки, 2706 лошадей, 57 254 пудов 36 и 1/2фунта, по 21 пуду на лошадь.
  • Всего 2901 лошадь, 79 587 пудов 18 и 3/4фунта.

Савва Тетюшев своих обязательств царице, конечно, не выполнил, но как вам нравится точность учета?

 

КТО  СМЕНИЛ ПЕРВОЖИТЕЛЕЙ  В ЗИРГАНЕ

 

Зирган, основанный в 1766 году  как «кормовище» – постоялый двор для обозов, перевозящих соль  из Соль-Илецка к Стерлитамакской пристани, где соль перегружалась на барки и по рекам Белой и Каме сплавлялась до Волги, а по ней поднималась до Нижнего Новгорода. Естественно, часть соли распродавалось по пути. Для перевозки соли и обслуживания соляной дороги, как мы уже знаем («Кто первожители Зиргана»), было привлечено 1200 тептярей, которые скорее всего и были первыми, кто поселился здесь для обслуживания проходящих обозов с солью. Так и не достигнув обещанного царице Саввой Тетюшевым объема поставок соли через Стерлитамак в 1 миллион пудов в год,  уже в 1769 году вернулись к перевозке соли до пристани в Бугульчане и перегрузке соли на барки там. Перевозки соли по вновь построенной дороге к Стерлитамаку  резко сократились. Оставались перевозки для внутреннего потребления близлежащих губерний, причем Воскресенск, Табынск, Уфу удобнее было снабжать по  Ногайской, (иногда называемой Старой башкирской) дороге, проходящей по правому берегу р. Белой и  пересекающей реку Белую в Бугульчанах. Верхнеуральск, Челябинск, Екатеринбург снабжались по зауральской дороге через Троицк.

После двукратного переноса Оренбурга с первоначального его места расположения (там, где сейчас находится г. Орск) в устье реки Сакмары, где он и сейчас располагается, в 1743 году была построена прямая дорога из Оренбурга в Казань, названная Ново-Московской дорогой, также была  построена прямая дорога в Самару. По этим дорогам значительная часть соли стала вывозиться гужевым транспортом, до пристаней и крепостей на Каме и Волге.    Естественно, построенную дорогу к Стерлитамаку стали использовать как почтовую с организацией почтовых ямов. С 1751 года повинность содержать почтовые станы и обеспечивать перевозку почты, курьеров, грузов и войск была возложена на местное башкирское население близлежащих деревень. На содержание почтовых ямов с каждого башкирского и мишарского двора брали по 21,5 копейки. Башкиры должны были находиться «в немалом от домов разстоянии»,  месяцами «неотлучно» держать в готовности лошадей.

Иногда башкиры нанимали на почтовые станции наемных почтальонов, которым платили деньги за счет сбора с народа, но это обходилось дорого.  Башкиры обращались в Уложенную комиссию с просьбами передать почтовые станции на казенное содержание и избавить их от тяжелой ямской гоньбы.    Одними просьбами дело не ограничивалось, так в 1773 году башкиры выжгли все почтовые станции от Оренбурга до Зилаира на расстоянии 200 верст, оставили свои деревни, увели семьи и скот в горы. Поскольку башкиры использовали деревни большей частью только в зимний период, а летом откочевывали со своим скотом на летние пастбища, надо полагать желаемой надежности и скорости перевозок достигать вряд ли удавалось. Такая ситуация не могла устроить ни Ямскую канцелярию (Министерство путей сообщения и почты по-нашему), ни местное население. Было найдено компромиссное решение – башкиры  практически по всем дорогам стали припускать на свои земли татар Казанской губернии, перепоручая им за это выполнение повинности по содержанию почтовых станов и обеспечению перевозок. Татар это устраивало, поскольку здесь они, конечно, получали значительно больше земли, чем в густонаселенной Казанской губернии, кроме того, не желающим менять свою религию на христианскую, это позволяло удалиться  от русских, агрессивно настаивающих на крещении.

Вот такая ситуация к 1771 году созрела также с нашим почтовым ямом и 21 сентября 1771 года был заключен договор об отдаче башкирами Юрматынской волости в оброчное владение своей вотчинной земли татарам Казанской дороги. Договор настолько интересен, грамотно и полно составлен, что не имеет смысла его комментировать. Привожу его копию.

                                       

№ 327.

1771 г. сентября 21. — Запись поверенных башкир Ногайской дороги, Юрматынской вол. Юлдаша Буриева с товарищами татарам Казанской дороги Аширу Утяганову с товарищами об  отдаче им в оброчное владение на 30 лет своей вотчинной земли по р. Белой.

  Лета 1771-го году сентября в 21-ы день. Уфимского уезду, Ногай­ской дороги, Юрматынской волости, команды старшины Кусяп-кула Азатбаева башкирцы бывшей сотник Елдаш Буриев, редовые Ермак Каракучюков, Тляумбеть Алдакаев, Кутлучура Абдуллин по данной нам оной Юрматынской волости от всех вотчинных.башкир­цев за руками и тамгами их, всего, кроме нас, Елдаша с товарищи, ото 148-ми человек, в роде своем не последних, по общему и добро­вольному их согласию поверенности, будучи по посылке от них  в Оренбурге у крепостных дел, в силе учиненной в Оренбургской губернской канцелярии сентября 16-го ч[исла] журнальной записи, дали сию запись Уфимского ж уезду, Казанской дороги ясашным та­тарам команды сотника Аднагула Маметкулова, деревни Шигаевой Аширу. Утяганову, старшины Башира Даутова Муслюму Гаввясову; той же дороги, Сингрянской волости, команды старшины;ж Балтакая Мавлюшу Резяпову с товарыщи в том, что отдали мы; вотченники башкирцы, им, татарам Аширу,  Муслюму и Мавлюшу, со общего нашего а детьми, внучаты и родственниками большими и малымн согласия доставшую нам после предков наших жалованную, вотчинную“ свою землю,  состоящую по Белой реке по течению оной на левой стороне  где проложена ныне большая от- Оренбурга к Уфе проезжая дорога в нижеписанных урочищах, а имянно: от озера Бектемирова на вершину речки Тардака, и по течению оной до устья её, от того устья, захватывая устье Карагайлы-Кулака, прямо на Белую реку и наниз по течению оной на озеро Баш-куль, а от того озера на состоящей на вершине того озера вяз, а от того вяза на Фяткинский  колок, а оттоль по Джиянгуловской овраг, а по-нутри оного оврага даже до вершины ево, а от вершины того на вершину ж речки Ратата, а от того места на вершину Берлю~Кувака, а потом прямо по сырту на Кучкелдинской мар, а от того мару наниз по течению впадающей в Ратат речку на вершину Мямяковской овраг, а от той вершины по течению, речки вдаль не ходить, токмо прямо на Мунаитовской тальник, а от того тальника на Уткяшевскую пе­щеру, а от того места на руской кош, а от коша по середине ремы на Арал, нижним того Арала корцом на Акташ, а от Акташа на Ратовское одинакое ветло, а от тог места вначале на написанное Бикте- мировское озеро между Ярты-аремою и Баш-кулем; данной им, та­тарам, и неданной от нас; вотчинников, имеющейся лес рубить им, Аширу, Муслюму и Мавлюшу с товарищи, невозбранно; с тем, чтоб им, Аширу, Муслюму и Мавлюшу с товарищи, поселиться на со­стоящем по той дороге. Чиркинском яму деревнею 30-ю дворами. И жить им на том месте 30 лет с таким при том договором, что когда , они, татара, поведут себя добропорядочно, то и по прошествьи того 30-летняго термина нам, вотченникам, их, татар Ашира, Муслюма и Мавлюша, и товарищей их, с той земли не ссылать и в надлежащих  терминах вновь с ними договор и запись заключить должны неотменно. А ежели оных Ашира, Муслюма и Мавлюша и с товарищей, кто ни есть, между народом учинит худые поступки, то есть изобличится в воровстве и в протчем, такого подозрительного токмо одного и до означенного 30-летняго срока выслать. А во оных годех, живучи им, Аширу,  Муслиму.и  Мавлюшу с товарищи, на той нашей земле, подводную гоньбу и,:следующия з денежною е. и. в. казною  команды отправлять безостановочно, сколько б под оную подвод не потребовалось, то им, татарам, впрягать неотменно с каждого двора по 2 подводы, разве более того когда потребуется, в таком  случае взять им, татарам, и  из башкирских жительства потребное число. А переменять им те иодводы вверх по Белой у тамьянцов, а вниз на состоящем Аллагувацком. яму, В зимния ж времена по дороге вехи ставить, а весной; на реках и речках в той их, татарской, нынешней от нас, вотчинников,даче текущих мосты мостить и оные во всякой исправности содержать им, татарам. Когда ж чрез то их жительство будут следовать полки и воинския команды, то им, Аширу, Муслюму и Мавлюшу с товарищи, довольствовать оных фуражем и прочим. За всем же тем имеющияся на всех вышеписанных урочищах удельной сосновой и другой лес им, татарам Аширу, Мус­люму и Мавлюшу с товарищи, не рубить и бортей не делать, а де­лать те борти на той земле нам, вотчинникам, самим. А по Белой реке в данных им, татарам, межам как во оной реке Белой, так и в озерах рыболовством пользоваться им, татарам, обще с нами, вотченниками окроме  того, что для рыбной ловли огорожено по Белой в трех ме­стах и на озере Ратате в четырех, на озере Баш-куле на одном месте и как реки Белой, так и озер нам, вотченникам, и им, татарам, не перегораживать. А на той же данной земле звериные ловли иметь, как нам,,вотченникам башкирцам, так и им, татарам, обще ж. Когда же они, татара, зверей с той им данной земли гон ют на наши дачи, то им, татарам оных на наших дачах также ловить, а нам, вотченникам, | в том отнюдь не препятствовать . Летним же времянем ко­чевать с нами обще тем татарам только 3-м дворам вышеписанным Аширу, Муслюму и Мовлюшу. А скота нашего со обоих сторон — их, татарской, нам, вотченникам, а им, татарам, наш (хотя оной и к жительству нашему зайдет ) — отнюдь не ловить и не захватывать. Хлебопашенные ж места городить им, татарам, кругом пряс­лами, и с той же данной земли для содержания яму сенные покосы, бревны и протчей потребной лес рубить, и лубья снимать им, татарам, с бережением по верхней: стороне Алмалинской дороги. И тако договорились мы, все вотчинники башкирцы Елдаш с товарищи, чтоб от них, татар Aшира, Муслюма и Мавлюша с товарищи ж, за тое землю с угодьи во все вышеписанное время брать на, каждый год оброку по 20-ти коп. з двора, а со всех 30 и дворов по б-ти руб.  в год, получая оные от них, татар, погодно, в  платеже.котороуо татарам, ни малейших отговорок и тем деньгам задержания не чинить, а отдавать, собирая  по дворам,, всегда сполна. Ежели ж из вышеписанных 30-ти дворов будут.; отделяться сыновья от отцов, а братья от братьев, с таковых дворов оброку нам, вотчоенникам, не требовать, токмо* посторонних более вышеписанных 30-ти дворов к поселению с собою им, татарам, отнюдь не принимать, да и нам, башкирцам, никого не допускать. Напредь же сей записи оная наша  вотчинная земля со всеми угодьями никому не продана, не заложена  и в кортом, кроме их, татар, иным не отдана и, ни; в какие крепости  ни у кого не укреплена. А ежели кто в тое землю и в протчие угодьи  будет вступаться, то во все вышеписанное время нам, вотченникам, и по нас наследникам нашим их, татар, и наследников их от вступщиков очищать и не до каких убытков их, татар, и наследников их не доводить. А ежели, паче чаяния, неочищением нашим, вотченников Елдаша с товарищи, и наследников наших та вотчинная наша земля с угодьями от них, .татар, и от наследников их отойдет, и им, , татарам, чрез переселение, причинятся убытки, то все оные должны.  мы, вотченники, и наследники наши им, татарам Аширу с товарищи,  заплатить сполна по их.скаске. И впредь нам, вотченникам Елдашу с товарищи, и по нас наследникам вышеписанную отданную им, татарам, землю с угодьи никому не продавать и не закладывать и  в наем не отдавать.

Оренбургская крепостнйя кантора, д. М 581, Записные книги гор. Орен­бурга 1771 г., ал. 3 об.—6 об.

 

Так с 1771 года почтовый ям и дорога были переданы в обслуживание 30 семьям ясашных татар  на 30 лет , а жить им разрешалось «при состоящем на той дороге  Чиркинском яму». К сожалению, мне не удалось найти другого документа , созданного до того времени, когда в 1774 году уже упоминантся деревня Зирганова, а так остается повод для сомнений- был это Чиркинский ям или это ошибка документа, ошибка перевода.

Очень интересно было бы сообща установить границы земли, переданной башкирами татарам , переведя названия урочищ ( ориентиров) которыми пользовались башкиры в то время, на современные названия.  Выделим эту часть текста, чтоб было легче читать.

..ОТДАЛИ  ДОСТАВШУСЯ НАМ ПОСЛЕ НАШИХ ПРЕДКОВ ЖАЛОВАННУЮ СВОЮ ЗЕМЛЮ …..ОТ ОЗЕРА БЕКТЕМИРОВА  НА ВЕРШИНУ РЕЧКИ ТАРДАКА И ПО ТЕЧЕНИЮ ОНОЙ ДО УСТЬЯ ЕЕ, ОТ ТОГО УСТЬЯ, ЗАХВАТЫВАЯ УСТЬЕ  КАРАГАЙЛЫ КУЛАКА, ПРЯМО НА БЕЛУЮ РЕКУ И НАНИЗ ПО ТЕЧЕНИЮ ОНОЙ НА ОЗЕРО БАШ-КУЛЬ, А ОТ ТОГО ОЗЕРА НА СОСТОЯЩИЙ НА ВЕРШИНЕ ТОГО ОЗЕРА ВЯЗ, НА ФИТКИНСКИЙ КОЛОК, А ОТТОЛЬ ПО ДЖИЯНГУЛОВСКОМУ ОВРАГУ, А ПО НУТРИ ОНОГО ОВРАГА ДАЖЕ ДО ВЕРШИНЫ ЕВО, А ОТ ВЕРШИНЫ ТОГО НА ВЕРШИНУ РЕЧКИ РАТАТА, А ОТ ТОГО МЕСТА НА ВЕРШИНУ БЕРЛЮ – КУВАКА, А ПОТОМ ПРЯМО ПО СЫРТУ НА КУКЧЕЛДИНСКИЙ МАР, А ОТ ТОГО МАРА НАНИЗ ПО ТЕЧЕНИЮ РЕЧКИ, ВПАДАЮЩЕЙ  В РАТАТ РЕЧКУ НА ВЕРШИНУ МАМЯКОВСКИЙ ОВРАГ, А ОТ ТОЙ ВЕРШИНЫ ПО ТЕЧЕНИЮ РЕЧКИ ВДАЛЬ НЕ ХОДИТЬ, ТОКМО ПРЯМО НА МУНАИТОВСКИЙ ТАЛЬНИК, А ОТ ТОГО ТАЛЬНИКА НА УТКЯШЕВСКУЮ ПЕЩЕРУ, А ОТ ТОГО МЕСТА НА РУСКОЙ КОШ  А ОТ КОШО ПО СЕРЕДИНЕ РЕМЫ НА АРАЛ, НИЖНИМ ТОГО АРАЛА КОНЦОМ НА АКТАШ, А ОТ АКТАША НА РАТОВСКОЕ  ОДИНОКОЕ ВЕТЛО, А ОТ ТОГО МЕСТА ВНАЧАЛЕ НА НАПИСАННОЕ БИКТИМИРОВСКОЕ ОЗЕРО МЕЖДУ ЯРТЫ АРЕМОЮ И БАШ КУЛЕМ.

Из всех ориентиров до настоящего времени сохранились названия, насколько я понимаю, только речки Ратата, да Берли-Куака, что в переводе с башкирского означает «мелкий кустарник».

ТАРДАКА – помню я, как-то в детстве бежали мы с друзьями по улице Октябрьской на Белую купаться. У второго от начала улицы дома, на скамеечке сидела бабушка Фиона, родившаяся где-то в 1870-1880 годах. Остановила она нас и спросила: «Вы где теперь купаетесь?» Мы ответили, что во Втором Ратате. Она поинтересовалась: «А Тардака там еще течет?». Мы ответили, что там кроме Белой ничего не течет и побежали дальше. 

Незнакомое слово мне запомнилось лет на 50, а когда впервые прочел данный договор, поехал изучать это место. Скорее всего, Тардака могла протекать по оврагу, который начинается у озера, там где давно был курятник колхоза «Трудовик», который сожгли ввиду заболевания кур какой-то инфекционной болезнью. Овраг заканчивается  Вторым Рататом. Сейчас это овраг, впадающий в старицу, образовавшуюся после изменения русла Белой. В наше время здесь протекала Белая. Русло было очень широким с тремя островками, заросшими тальником. Годах в 1960-х острова постепенно смыло. До 1913 года, когда Малой Белой  еще не было, здесь была цепь озер. Похоже, что это озеро и называлось Башкулем (главное, верхнее озеро).

ОЗЕРО БЕКТЕМИРОВО – если мы правильно определили Тардаку, то это видимо восточная часть озера Ратат или Круглого, так теперь называют эти озера, как одно, хотя там есть и перешейки, разделяющие озеро на отдельные части.

ФИТКИНСКИЙ КОЛОК – уважаемая Татьяна Матвеевна Рябова рассказывала мне, что там, где сейчас расположен комплекс СПК  “Трудовик”, до ВОВ росли дубовые деревья, которые вырубили на дрова во время войны. Дубовые лесочки называли колками.

ДЖИЯНГУЛОВСКИЙ ОВРАГ– если это был Фиткинский колок, то рядом с ним бывшее устье оврага Тувылей (Свиной ключ), как позже назвали его мордва-ерзя, пришедшие в Зирган в 1816 году. Татары сейчас называют его Каил-курке ( Березовый индюк).

Здесь, видимо, сомневаться не приходится, поскольку, поднявшись по этому оврагу до вершины его и перевалив через Кара горы, мы попадаем на вершину речки Ратата, а оттуда на вершину Берли-куака. Все как в договоре. Да и дедушка мой говорил, что раньте земля в Тувы – лее принадлежала татарам, а мордовская земля от этого оврага до Старинской дороги и далее, почти до Сухайлы.

КУКЧЕЛДИНСКИЙ МАР – марами называли курганы, крутые холмы. От вершины Берли-куака поднявшись на хребет, мы придем к верней точке хребта на которой теперь  установлена геодезическая  вышка. Похоже этот холм и называли Кукчелдинским маром. Возможно, что  под этим маром похоронен уважаемый человек  Кукчелда.

МАМЯКОВСКИЙ ОВРАГ– спустившись с хребта, мы попадаем на современные Холодные родники, и вниз от них где- то был Мамяковский овраг.

УТКЯШЕВСКАЯ ПЕЩЕРА – когда после 6 класса мы возили зерно от комбайна на полевой ток, который был устроен недалеко от Холодных родников. Наш ровестник Шкаликов Вениамин рассказал нам, что где-то в этом овраге была пещера. Мы искали ее, но не нашли.

РУСКОЙ КОШ – этот ориентир представляет особый интерес. Он говорит о том, что здесь  до прихода татар уже жили русские люди.

Скорее всего, кош находился в лесочке, где в Советское время располагался полевой стан тракторной бригады МТС, поскольку там имеется родник и воду можно добывать, устроив  неглубокий колодец. В ближайшей округе я не нашел источника воды. Можно допустить, что кош находился около дороги Зирган- Мелеуз примерно там, где теперь находится железнодорожный переезд, но тогда воду пришлось бы им добывать, спустившись довольно далеко к озеру.

Вот примерные границы земли, переданной башкирами Юрматынской волости татарам Казанской дороги  вместе с обязанностью обслуживать ими новую большую дорогу проходящую через Чиркинский ям. Я думаю, что если найти границы полей первого татарского колхоза « Шарык», они не сильно будут отличаться от искомых нами границ.

Подводя итоги можем констатировать, что первым жильем на месте современного Зиргана было «кормовище», созданное в 1766 году тептярями, как промежуточная стоянка для отдыха и кормления лошадей и людей, перевозящих соль из Соль-Илецка в Стерлитамак. После снижения объема перевозок соли по этой дороге, стоянка использовалась как ям с возложением обязанностей по обслуживанию яма и дороги  на башкир прилежащих деревень.  Затем в 1771году башкиры передали обязанности по обслуживанию яма и дороги татарам Казанской дороги, которые построили около существовавшего Чиркинского яма дополнительно 30 домов и все это вместе стало называться деревней Зиргановой.

Поскольку слово Чиркинский отдаленно напоминает слово Зирганский, можно предполагать, что в оригинале договора, написанного на татарском языке, было несколько другое название, а при переводе допущена ошибка. Здесь истина восторжествует, если мы найдем другой документ до 1771 года с упоминанием названия этого яма.  Более 10 лет я ищу его – безрезультатно. Подключайтесь, земляки, я уверен, что кому – то обязательно    повезет.

 

ЗИРГАН ВСЕГДА БЫЛ МНОГОНАЦИОНАЛЕН

 

В статье «Кто первожители Зиргана» я привел имеющуюся информацию о первом поселении на месте современного Зиргана – постоялом дворе (кормовище) на вновь построенном в 1766 году участке соляной дороги из Соль-Илецка,  продленной от пристани в Бугульчанах  до новой пристани в устье реки Ашкадар.   

Для обслуживания дороги и перевозки соли были привлечены 1200 тептярей «о двуконь», которые и работали здесь пока не прекратили перевозку соли до Стерлитамакской пристани.  Кто же такие тептяри? Сейчас есть разные трактования данного термина.  По моему мнению, наиболее правильную и интересную  информацию можно получить от современников того времени. Вот как определяет состав этого сословия ученый- путешественник  И.Г. Георги, путешествующий в наших краях в 1771 году.                         

 «Тептяри,  слово татарское и значит (здесь «обозначает» – Ю.М) такого человека, который не в состоянии платить подушных денег. Оно пригодилось для основателей сей сволочи, которая в половине шестого на десять столетия (надо понимать – в середине шестнадцатого  столетия – Ю. М.), по случаю причиненному царем Иваном Васильевичем Казанскому царству разрушения, собрались из черемне (черемис), чуваш, вотяков и татар в Урале и особливо в составляющей Башкирию и к Уфимской провинции принадлежащей онаго части, и весьма скоро стала многолюдна. Сие люди, употребляя разные по не одинаковой своей природе языки, и притом, будучи между собой различны в правах, а отчасти и в вере, перемешались, исключая татар, так, что иногда и нарочито трудно дознаваться, от какого происходят они племени. Они служат доказательством в новейшие времена тому, что при государственных смятениях могут новые народы и новые поселения получить свое бытие.

Правда, что побегом своим в горы к башкирскому народу, освободилась сволочь сия от платежа податей: однако обстоятельство это служило ей побочною только выгодою». (Остается вспомнить, что слово «сволочь»  в то время понималось как дрянной люд, негодяи, воришки, где – либо собравшиеся, а не бессмысленное ругательство, которым мы иногда пользуемся.  Иногда приходится слышать, как жена мужа сволочью обзывает, а он все налоги добросовестно  платит, иногда даже не только за себя, а и за жену тоже и свою родословную до пятого поколения  помнит. Поэтому мужа сволочью называть, с точки зрения истории, абсолютно безграмотно.)

Итак, можно смело утверждать, что первыми поселенцами на постоялом дворе была многонациональная «сволочь», которая обеспечивала ночлег, отдых  и прокорм  такой же « сволочи», перевозившей соль. Однако, недолго соль возили на Стерлитамакскую пристань. Уже в 1769 году вернулись к погрузке ее на барки в Бугульчанах, а затем, разобравшись с географией, перешли на перевозку гужевым транспортом  или по рекам через Переволоцк, напрямую в Самару, Казань, на пристани Камы и Волги. Часть соли, необходимую для обеспечения Уфимской, Екатеринбургской и Исетской провинций возили также гужевым транспортом через Стерлитамак и Табынск.

Поскольку дорога была построена и оборудована постоялыми дворами, стали использовать ее как ямскую дорогу, обязав башкир прилежащих деревень обеспечивать перевозку грузов, почты, а при необходимости и армии за отдельную плату, конечно. То ли башкир тяготила такая повинность, то ли правительство не устраивало качество их работы, а уже в 1771 году был заключен договор от 21 сентября 1771 года по которому башкиры Азнаевой тюбы передали (без оплаты) часть своей вотчинной земли 30 семьям ясашных татар, прибывших из Казанской дороги, сроком на 30 лет.  Вместе с землей была передана и обязанность: « А во оных годах, живучи им …, на той  нашей земле, подводную гоньбу и следующия з денежною е.и.в. ( Её Императорское Величество) казною команды отправлять безостановочно, сколько б под оную подвод не потребовалось, то им, татарам, впрягать неотменно с каждого двора по 2 подводы, разве более того когда потребуется, в таком случае взять им, татарам и из башкирских жительств потребное число. А переменять им те подводы вверх по Белой у тамьянцев, а вниз на состоящем Аллагувацком яму. В зимние же времена по дороге вехи ставить, а весною на реках и речках в той их, татарской, нынешней от нас, вотченников, даче текущих мосты мостить и оные во всякой исправности содержать им, татарам. Когда ж чрез то их жительство будут следовать полки и воинские команды, то им  довольствовать оных фуражем и прочим.»

«Переменять подводы у тамьянцев» – видимо в  Бугульчанах или где-то в районе  современного Мелеуза, поскольку  южная граница между Юрматынской и Тамьянской волостями  проходила по рекам Мекетевле и Нугушу.

Изучая ревизские сказки, видно, что проявляя склонность и, видимо, способности в торговле, многие татары переходили в купечество Стерлитамака и Сеитовской слободы (под Оренбургом). Известны случаи перевода татар в Оренбургское казачество. К переписи 1796 года из 30 семей татар, прибывших в 1771 году, в деревне Зиргановой осталось  ясашных татар 65 душ мужского пола, да позже приехали еще  13 душ мужского пола татар служилых.…

В 1811 году в деревню Зирганову переселились  новокрещеные чуваши, а весной  1816 года – новокрещеная мордва – эрзя.  И чувашам и мордве была вменена рекрутская повинность по заготовке  леса для корабельного строительства.…

И. И. Лепехин, путешествовавший  по Оренбургской губернии и прошедший по реке Белой  в 1770 году от Табынска  до истоков ее, пишет, что «…лес в Стерлитамак пригоняют водою верст за 300 из Уралу».

Позже  встречаются договора по обслуживанию ямской, а  затем и почтовой станции представителями всех проживающих здесь наций.

В 19 веке, и особенно, в начале 20 века приток населения в Зирган  увеличился и Уфимские епархиальные ведомости в 1901 году №4, на стр. 216       приводят следующий национальный состав населения села Зирган.

В 1901 году здесь жили:   Русские – 1120 ,  мардвины – 1465, татары – магометане – 1065, чуваши – 560 человек.

А  вот какой состав населения сформировался  в Зиргане к 1917 году.

         

             РЕЗУЛЬТАТЫ ПОДВОРНОЙ ПЕРЕПИСИ СЕЛА ЗИРГАН в 1917 году.

Национальность Количество хозяйств Количество жителей Скот рабочий Угодья       (десятин)

Пашня (десятин)

 Без посева До 4 десятин 4-10 десятин 10-15 десятин Более 15 дес.
Татары 394 2425 498 1562,9 76 196 106   9 7
Мордва 284 1751 438 1326 23 142 104 10 5
Русские 196 1326 315    967 61   57   59 11 8
Чуваши    63    327   60    187 11   39   13   –
Украинцы    13      86    –     – 13   –    –   –
Немцы      5      11    –     –    5   –    –    –
Башкиры      4      27     5    7,6           –      4    –    –
Мишари      2        9     –     –    2   –    –    –
Белорусы      2        9     –     –    2   –    –    –
Черкесы      1        3     1    –    1   –    –    –
Всего 964 5974 1317 4050,5 190 438 282 30 20

 

Вы самостоятельно можете анализировать данную таблицу и сравнивать с современным положением в родном Зиргане, а я не удержался от соблазна найти информацию о единственном человеке, представляющем нацию черкесов в Зиргане, тем более, что и в более ранних документах я встречал информацию о проживании этого человека в Зиргане.                           

Вот что записано об этой семье в 1917 году: Аслан Гарей Аслан Гареев, крестьянин, черкес, 38 лет, промысел – лудильщик, дочь – 5 лет, жена – 27 лет, земли нет, лошадь – 1.

Помню, уже после Великой отечественной войны, году в 1955-58 у нас прохудился самовар, и меня посылали отнести его для ремонта « к Черкесику», хорошо залудил он его, больше  самовар не худился. Правда, насколько мне помнится, мастер был молодым, невысоким – видимо первый лудильщик  передал квалификцию сыну или внуку  по наследству. Постепенно потомки первого и единственного черкеса в Зиргане ассимилировались с местным населением. Какое-то время воспоминание о нем сохранялось в прозвище, передаваемом  его потомкам, а уж прозвища Зиргане имели практически все жители и нередко они были известны более официальных фамилий.

                   

ДОСАДНАЯ ОШИБКА

 

В  книге  А. З. Асфандиярова  ”История сел и деревень Башкортостана”, об этнически смешанной деревне Зирган, при внимательном чтении  нетрудно заметить некоторое несоответствие: с одной стороны автор пишет, что чуваши обосновались в Зиргане в 1812 г., мордвины – по записи от 30 декабря 1815 г., а ниже приводит данные, что в 1799 г. в Зиргане учтено чувашей – 70 душ, мордвинов – 202 души мужского пола.

Несколько лет данное несоответствие не давало мне покоя: если верить А.З. Асфандиярову, напрашивается предположение, что часть чуваш и мордвы поселилась раньше 1799 г., до заключения договоров 1812 и 1815 гг. Документального подтверждения этому предположению даже после многократных поездок  в Центральный Государственный исторический архив РБ, изучения Ревизских сказок 1834, 1850г. найти не удалось. К сожалению, в томе Ревизских сказок  7-й Ревизии проведенной в 1816 г. страницы по мордве новокрещеной в Зиргане отсутствуют, хотя в оглавлении они есть, ревизия проводилась. Пришлось посвятить несколько поездок в архив поиску этих договоров и приказов.  Удалось найти документ, из которого, видимо, и были взяты данные, ошибочно отнесенные к 1799 г. Ввиду крайней ветхости документа, к сожалению, не удалось создать читаемую фотокопию его. Привожу перепечатку документа, сохраняя стиль и правописание:

 

                             ” ЗИРГАНОВОЙ

Во время Генерального межевания сколько было припущенников неизвестно, а по межевой книге значится Ясашных Татаръ 77, Служилых Татаръ 91, изъ Чувашъ 70, изъ мордвы  202 души.

            

ПО 7-е ЖЕ РЕВИЗИИ 

Государственных крестьянъ_______________________162 души

Изъ Чувашъ_____________________________________ 85 душъ

Изъ Мордвы____________________________________206 душ.

 

Исъ припущенников этихъ поселились одни по записи 21 сентября 1771года на 30 лет, другие по Татарским договорамъ 28 ноября 1810 и 15 июня 1811 на 60 летъ изъ Чувашъ по Татарскому договору 1812 в вечное владение, а последния по записи 30 декабря 1815 годов на 60 летъ Юрматинской Волости  Башкирцами данным”

Отсутствие запятых затрудняет понимание документа, но  можно понять, что татары селились  в 3 этапа по договорам 1771, 1810 и 1811гг., чуваши по договору 1812 г., а мордва по записи 1815 г. (Нам еще предстоит разобраться чем отличаются поселения по договору, по приказу и по записи).

Седьмая ревизия в Зиргане проводилась по служилым татарам  14 марта 1816 г., по ясашным татарам 14 марта 1816г., по чувашам 10 марта 1816 г.  Страницы ревизии по мордве новокрещеной, как уже отмечалось, к сожалению, отсутствуют, хотя в оглавлении они есть.

Попробуем расчитать время проведения 7-й Ревизии мордвы новокрещеной  по результатам 8-й Ревизии, проведенной в 1834 году.

При каждой Ревизии дети, родившиеся после предыдущей Ревизии записывались как ” новорожденные ”, родившиеся ранее и учтенные  в   предыдущей Ревизии записывались без такой пометки.

Возраст детей по 8-й Ревизии указывается целым числом лет,  но для детей в возрасте от 18 до 19 лет указывается и количество месяцев, причем ребенок в возрасте 18 лет записан, как новорожденный, ребенок в возрасте 18,5 лет уже без пометки ” новорожденный ” так уАлексея, сына  Матвея Яковлева  указан возраст 18,5 лет без пометки ” новорожденный ”,   Данилы Григорьева сын Яков — 18 лет ” новорожденный”, а у Ефрема, сына Василия Васильева  возраст указан ” 18 лет и 3 дней  уже без пометки ” новорожденный  ”. Поскольку 8-я Ревизия проводилась 28 апреля 1834 года, то с точностью 3 дней можно предположить, что 7-я Ревизия проведена около 25 апреля 1816 года.  (Надеюсь читатель знает, что Яковлев, Григорьев, Васильев – это не фамилии, а отчества, поскольку фамилии крестьянам дали позже ).

Аналогично рассчитаем количество душ мужского пола на момент 7-й Ревизии.

По 8-й Ревизии записано 323 души м. п., и 1 отставной унтер офицер пропущен, но  после внесен в список дополнительно.

Если к количеству людей имевшихся на момент 8-й Ревизии просуммировать количество умерших и выбывших за период от 7-й до 8-й ревизии, вычесть количество новорожденных за этот период и количество прибывших после 7-й Ревизии, то должно получиться количество людей живших во время  7-й Ревизии.

По 8-й Ревизии  числится                              –  324 души м. п.

Из записанных по 7-й Ревизии

        умерло                                                     –    44

       отдано в рекруты                                     –    10

       Сослан в Сибирь                                      –      1

     ” Пропал неизвестно где ”                         –      1

       Новорожденных                                        –  162

       Позже прибывших по приказу 1832 г.    –    12

 Итого: 324+44+10+1+1-162-12 = 206 души м. п.

Совпадение с указанным выше документом полное!

Все они ” Причислены  по приказу Оренбургской казенной палаты от  20 марта 1819 года из Бугурусланского уезда ”.

Если в конце апреля 1816 г. зафиксировано 206 человек, а в межевой книге записано 202 человека, то очевидно, что и межевая книга составлена примерно  в это же время.

Тогда получается, что 30 декабря 1815 г. была составлена договорная запись о переселении, ранней весной 1816 г. переселились, вскоре  после переселения составлена межевая книга, а 20 марта 1819года оформлен приказ Оренбургской  казенной палаты о причислении.

Это время создания межевой книги подтверждается и по 7 Ревизии чуваш  в Зиргане. На 10 марта 1816 г. их записано 71 душа мужского пола, а в межевой книге как указано выше числилось 70 душ м.п.

 У меня пока нет точных данных о причине переселения мордвы и чуваш в Зирган, но известно, что в то время поощрялось переселение ” инородцев”, принявших крещение на новые земли с целью отделения их от не согласившихся креститься  соплеменников. Были дискуссии и предложения  лучше  переселять отказавшихся от крещения, но ” Высочайше ” было принято решение переселять новокрещеных,  сохраняя  за ними статус Государственных крестьян.  Поэтому в Зиргане никогда не было крепостных.

 Новокрещенные чуваши и мордва Зиргана как и других чувашских и мордовских деревень приписывались по пятисотенным  участкам с поручением им нести  рекрутскую повинность.

Вот как дословно это записывалось при проведении 7 Ревизии в Ревизской сказке:

                             ” № 50

                Ревижская Скаска

1816 года 10 дни Оренбургской губернии Стерлитамацкого уезда  Куганакбашевской волости деревни Зиргановой о состоящих мужеска и женска пола Государственныхъ крестьянъ из чювашъ новокрещеныхъ приписанныхъ к 5-му участку несущихъ рекрутскую повинность, отправляющихъ по нарядамъ времяннымъ адмиралтейскихъ работъ и заготовлению на корабельное строение лесовъ ”

 

Почему же все- таки появилась ошибочная запись, что в 1799 г. в Зиргане уже жили чуваши и мордва?

Имеется документ о проведении Генерального межевания в 1799 г. в Юрматынской волости, Азнаевой ( Аллагуват) и Тетюгачевой (по Ашкадару, Сухайле) тюбы Седьмого  Башкирского кантона.

В списке 55 башкирских деревень, включая близлежащие к Зиргану — Юмаково, Канбулатова, Сабашево и др., но Зиргана в этом списке нет, т.к. деревни, заселенные не башкирами в Башкирские кантоны не входили. Они входили в составы уездов и волостей.

Поскольку в это время шло активное заселение территории переходцами из других уездов и губерний, то межевание в таких не башкирских деревнях проводилось позднее, по мере заселения их.

Видимо ошибочное объединение понятий Генерального межевания Седьмого Башкирского кантона в 1799 г. и записи по межевой книге Зиргана, которая была составлена позже, в 1816 году,  привело к ошибке уважаемого А. З. Асфандиярова, что в 1799 году в деревне Зиргановой жили 202 души м.п. из мордвы и 70 из чуваш. Те и другие поселились здесь позже.

К сожалению, ошибочная информация получила широкое распространение.

Подтверждение более позднего межевания можно найти, например, у Ю. М. Абсалямова в книге ” Помещики Оренбургской губернии ”,  он пишет:   ”Межевание в Оренбургской губернии начато по Указу 1797 г., однако местные особенности землевладения, обширность и малонаселенность края требовали особого подхода при межевании земель. Это привело к внесению ряда дополнений к прежней инструкции, что и было сделано в указах от 14 августа 1798 г., 17 июля 1804 г., 21 июля 1804 г., ”

В целом по Оренбургской губернии межевание было закончено только к  1842 г. а в некоторых губерниях продолжалось до 1861 г.

 

ГДЕ РОДИНА ПРЕДКОВ МОРДВЫ ЗИРГАНСКОЙ?

Зирган издавна был многонациональным селом.  Нет записей, какой национальности были первопоселенцы, поселившиеся на постоялом дворе, который постепенно трансформировался в деревню Зирганову. Скорее всего это были тептяри, привлеченные для перевозки соли из Соль-Илецка на Стерлитамакскую пристань.    Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона, изданный в 1890- 1907 гг. дает такое определение:

«Тептяри или тептери, народность, живущая среди башкир Оренбургской, Уфимской, Самарской, Пермской и Вятской губернии, в количестве 117 т. душ; образовалась из различных беглых элементов приволжских финнов и чуваш, с течением времени слившихся с башкирами».

Более поздние поселения ясачных татар по договору от 21 сенября 1771 года и чуваш по Татарскому договору (т. е. на татарском языке) 1812 г. подтверждаются сохранившимися документами и хорошо описаны в книге А.З. Асфандиярова « История сел и деревень Башкортостана». Там указано, откуда они пришли.

К сожалению, откуда пришла мордва – эрзя  в этой книге нет, и до сих пор не было известно. Старики только знали и передавали, что предки пришли по Старинской дороге – так они и называли дорогу, идущую в Зирган через д. Дмитриевку  (мимо кладбища). Люди шли со «старины на новь», как говорили во времена переселений, поэтому дорогу, связывающую их со «стариной» называли Старинской.

В Летописи села Зирган, написанной в 1977 г. комиссией уважаемых людей Зиргана, пожалуй это единственная ошибка – дорога названа Старинной. 

Были смутные представления, что пришли откуда-то с Волги, с Самарской губернии, с Пензенской. Возможно, позже из разных мест приходили, но  пока о тех, кто пришли  первыми. Только добравшись до «Ревизских сказок» по Зиргану за 1795, 1811,1816,1834 1850 гг., удалось, наконец, установить, откуда пришла мордва новокрещеная в Зирган. По переписям за 1795, 1811гг. мордвы нет. К сожалению, в архивном томе 7-й Ревизии за 1816 год страницы переписи мордвы новокрещеной по д. Зиргановой отсутствуют, хотя в оглавлении такой раздел есть.

   По результатам 8-й ревизии за 1834 год находим, что «По приказу Оренбургской казенной палаты от 20 марта 1819 года» причислены из деревень:

       Из Бугурусланского уезда:

  д. Гавриловка   – 17 семей, мои предки отсюда

  д. Нойкина         –    7 семей,

  д. Егорьевка     –    5 семей,

  д. Терентьевка –    2 семьи,

  д. Павлушкина –   1 семья.

  д. Емантаева    –    1 семья, наверняка это предки Емантаевых.

  д. Николаевка   –   1 семья.

  

          Из Мензелинского уезда:

   д. Дребедень               –    4 семьи,

   д. Айташ ( или Акташ) – 4 семьи.

 

           В 1832 году приехали:

    д. Абдуловка ( уезд не указан)  – 1 семья (Шкаликовы)

        Златоустовский завод             – 1  семья (старший сын предка Шкаликовых)

 По другим документам я нашел, что эта семья приехала с Абдуловского завода, что недалеко от Самары.

 Всего в 1834 году в Зиргане проживало мордвы новокрещеной  323 души мужского пола и 326 душ женского пола. Пришлось разбираться, что значит «Причислены». Оказывается, причисляли значительно позже приезда. Кому интересна точная дата приезда можете почитать  статью «Досадная ошибка».

Каюсь, я по ошибке некоторое время предполагал, что пришли из той Гавриловки Бугурусланского уезда, в которой  хозяином был поэт Гаврила Державин, устно высказывал такое предположение. Изучив всю биографию Державина, начал искать другую Гавриловку. Нашел ее в современном Абдулинском районе Оребургской губернии. Недалеко от нее  расположены     деревни Егорьевка и  Емантаево. На радостях собрался  и в августе 2012 г. поехал  на РОДИНУ ПРЕДКОВ. Но это уже другая история.

Ну нашел я, откуда наши предки в Зирган пришли, а откуда они туда пришли? Ведь не назовешь же Абдулинский район родиной мордвы. Стал искать дальше, Здесь прорыв совершил Рябов Сергей Викторович. Он в Оренбургском архиве заполучил ревизские  сказки за 1811 год по  Оренбургской губернии, к которой в то время относились указанные выше  деревни, из которых перешли в Зирган наши предки. Ревизскую сказку по деревне Гавриловке, Сергей Викторович  любезно переслал мне.

Изучаю, выясняется, что в 1795 году 89 душ мужского пола мордвы новокрещеной перешли в новозаведенную деревню Гавриловка из деревни Альлиной (так пишет сказкоподатель), Троицкой округи, Оренбургской губернии. Ищем Альлину, находим, что в Троицком уезде, Оренбургской губернии в 1810 году была деревня Мордовская Айлина, проживала в ней новокрещеная мордва. А еще позднее эту деревню называют и Алина и Аллина.

Под № 1 в ревизской сказке по Гавриловке записан Гаврила Григорьев 64 лет с семьей, включающей  10 душ только мужского пола, по нему и названа деревня.  Так принято  было, возможно, Гаврила первым пришел или был наиболее уважаемым человеком среди переселенцев. У Гаврилы Григорьевича запомним сына Михаила Гавриловича 32 лет  и внука Петра Михайловича 3 месяца, пасынков Гаврилы – Наума, Лаврентия, Степана.

Далее изучаем Ревизскую сказку по деревне Зиргановой за 1834 год.

Под № 12 находим среди перешедших из деревни Гавриловки  в 1816 году: Гаврила Григорьев умер в 1829 году. Дожил человек до 82 лет, что в то время не часто случалось. Его сын Михаил Гаврилов умер в 1817 году, сыну Михаила – Петру Михайлову в 1834 году было 23 года. Пасынки тоже все здесь и всем в 1834 году на 22 года больше, чем было в 1811 году в Гавриловке. Сомнений нет, перешел основатель Гавриловки  в деревню Зирганову  вместе со всей многочисленной семьей. 

При желании кто-то из современных жителей Зиргана, зная имена своих предков, родившихся до 1850 года, используя копию Ревизских сказок за 1834 и 1850 годы, переданную мной в библиотеку Дворца культуры, может определить, что он потомок этого Гаврилы.

Должен заметить, что и Айлина вряд ли может считаться первоначальной точкой «исхода» мордвы. Надо бы проследить их путь от Мордовии или Симбирской, Пензенской губернии. По редкой и чисто мордовской фамилии Комогаевы, нашел я, что несколько человек  с такой фамилией погибли во время Великой отечественной войны из села Киржеманы  Чамзинского района Мордовской АССР. Связался с Киржеманами, выяснил, что и в настоящее время несколько семей с такой фамилией проживают в Киржеманах, но никакой информации  о столь давнем времени там нет.

Поскольку документального подтверждения, что в Айлину пришли именно из Киржеманов нет, не будем притягивать историю за уши.

Лучше будем искать.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *