Мелеузовская трагедия

Чуриков, И. Мелеузовская трагедия [Текст] / И. Чуриков

// Путь Октября. – 1989. – 6 апреля. – С. 2.

 

Сталинская диктатура, массовые реп­рессии, повлекшие грубый произвол и нарушения социалистической законности в отношении советских граждан, не обо­шли и Мелеузовский район. В 1937-38 годах были арестованы, осуждены ряд руководителей, специалистов, председа­телей колхозов, некоторые из них уничтожены. Об этом свидетельствуют воспоминания родственников, близких и очевидцев, письменные сообщения из партархива Башкирского обкома КПСС, Верховного Суда БАССР, Прокуратуры республики и другие. Как это было?

 


 

На снимке: А. И. Сычков.

 

Судебный процесс

8 января 1938 года в республиканской газете «Красная Башкирия» появилось сооб­щение «В Верховном суде Башкирии». В нем говорилось: «Дело антисоветской вре­дительской организации, состоящей из быв­ших руководителей и работников Мелеу-зовского района, началось слушаться в Ме­леузе 7 января 1938 года. Дело слушает­ся специальной коллегией Верховного су­да БАССР в составе председателя Бундина, членов Хуснуризялова и Лохмастова. Государственным обвинителем выступает старший помощник прокурора БАССР Атнокаев. Защиту поддерживают члены кол­легии защитников Антонов, Анифисуев, Валеев, Еникеев».

Об этом также писала районная газета «За урожай» (№ 4) в передовой «Банда врагов народа», а 10 января 1938 года она поместила большую статью «Процесс контрреволюционной вредительской груп­пы»:

«Большой зрительный зал кинотеатра «Колхозник» (позднее имени Крупской – И. Ч.) переполнен, здесь проходит заседа­ние специальной коллегии Верховного Су­да БАССР. Раскрыта контрреволюционная антисоветская группа, в течение ряда лет орудовавшая в Мелеузовском районе. Она была организована по заданию руководя­щего центра ликвидированной в республи­ке контрреволюционной троцкистско-бухаринской организации. Уничтожением скота, подрывом кормовой базы, запутыванием севооборотов и другими вредительскими актами и прямой контрреволюционной про­пагандой участники антисоветской группы стремились подорвать мощь колхозов. Эта кучка диверсантов, вредителей проводила в отдельных хозяйствах уничтожение кон­ского поголовья, ликвидацию животновод­ческих ферм, брала курс на ослабление оборонной мощи СССР. Характерно, что почти все участники являются выходцами из социально чуждой среды.

Вот организатор и главарь группы, быв­ший председатель Мелеузовского райсове­та Селезнев П. Т., в прошлом кулак. Тех­ник-строитель райзо, белый офицер Со­ловьев М. Ф. Фашист, сын попа, районный ветврач Дьяконов П. З. Председатель кол­хоза «Ирик» (д. Арасланово), активный валидовец Исякаев Г. С. Председатель колхо­за имени Трясина (бывшая деревня Денисовка – И. Ч.), сын кулака Сергеев Е. С. Заведующий овцефермой колхоза «Сарлак» (д. М. Мукачево), сын кулака Сычков A. И. Заведующий райзо Ахунов С. А. Зоотехник райзо Рамеев У. X.

Наконец, этот букет махровых белобандитов дополняет кулак, председатель кол­хоза «Боевик» (д. Новый Караган) Сучков B. Г.

С целью подрыва кормовой базы вес­ной 1936 года Селезнев и Ахунов дали колхозам распоряжение сжечь все кор­мовые запасы соломы под видом борьбы с клещом и другими сельскохозяйственны­ми вредителями. Например, в колхозе име­ни Трясина было сожжено две тысячи цент­неров соломы. Большой урон группа нанесла перегоном скота в Абзелиловский район, куда было направлено его на зимовку че­тыре тысячи голов, из которых 500 погиб­ло.

Дьяконов под руководством Ахунова и Селезнева распространял по району инфекционные болезни скота. Они ликвидирова­ли молочные фермы в колхозах «Новый путь», «Чишма», «Новый мир», свиноводст­во в колхозах «Герой труда», «Новая жизнь», «Рассвет», «Смычка» и других (в те годы в районе имелся 91 колхоз – И. Ч). Только за последние два года уничтоже­но бандой до девяти тысяч голов скота на сумму около миллиона рублей. Враги пойманы с поличным, разоблачены и обез­врежены».

Кстати сказать, в местной прессе было много коротких митинговых выступлений под заголовками «Расстрел подлым преда­телям», «Враги просчитались», «Смерть подлым бандитам», «Применить суровые меры», «Никакой пощады врагам народа» и т. д.

На этом суде были вопросы Бундина, ответы подсудимых. Характерно, что все «враги народа» сначала свою вину при­знали частично, затем не до конца и в заключение – полностью (теперь же из­вестно как выбивались эти показания). На вопрос председателя суда Селезнев показал, что извращение Устава сельхозарте­ли проводили по настоянию Кризовского – первого секретаря РК ВКП(б), которого он знал по совместной работе в Благове­щенском районе.

Из речи на суде государственного обви­нителя:

«В Мелеузе существовала троцкистско-бухаринская вредительская организация, долго вредившая во всех отраслях сель­ского хозяйства. Она была связана с троцкистско-бухаринским блоком и с ныне ра­зоблаченным «башкирским центром». Се­лезнев, Ахунов, Дьяконов, Рамеев полу­чали директивы из этого центра. Я имею более 40 протоколов митингов – все тре­буют расстрела. Требую от специальной коллегии суда высшей меры наказания Дьяконову, Ахунову, Селезневу, остальным – лишение свободы до 25 лет с конфиска­цией личного, им принадлежащего, имуще­ства».

 

Приговор

«Именем РСФСР 7-15 января 1938 года специальная коллегия Верховного Суда БАССР в составе (перечисляется — И. Ч.), рассмотрела в открытом судебном засе­дании в селе Мелеузе дело по обвинению врагов народа в количестве девяти чело­век и приговорила: Сычкова Александра Ильича и Сергеева Ефима Сергеевича под­вергнуть лишению свободы сроком на 10 лет с поражением избирательных прав на 5 лет. Сучкова Василия Гавриловича и Рамеева Усмана Хайрулловича – соответ­ственно на 15 и 5 лет. Соловьева Михаила Федоровича и Исякаева Гайфуллу Сайфулловича – соответственно на 25 и на 5 лет. Обвиняемых Селезнева Павла Тимофееви­ча, Ахунова Собира Ахуновича, Дьяконова Павла Засимовича подвергнуть всех троих высшей мере наказания – расстрелу».

Приговор  был окончательным.

Примечание автора: Кризовский Борис Тимофеевич по данному делу не проходил.

 

Воспоминания современников

Сергеева Аграфена Елизаровна, жена председателя колхоза им. Трясина Е. С. Сергеева:

– В конце 1937 года моего мужа Ефи­ма Сергеевича арестовали. Я осталась с семилетним сыном Иваном. Обидно было, что мы тоже незаслуженно стали семьей «врага народа». По рекомендации следова­теля, я собрала подписи всех жителей де­ревни Денисовка, которые подтвердили, что муж является бедняком. Затем после­довало колхозное собрание, проголосовав­шее за его положительную работу. Ни с какой вредительской организацией связан не был. Дали ему 10 лет. Я ездила в Уфу для обжалования приговора. Безрезультатно. На­ходился в заключении 1,5 года в лагерях Воркуты, на шахтах. Как потом рассказы­вал, условия были невыносимыми, многие умирали от голода, нечеловеческих муче­ний. Возвратился домой накануне войны, с началом ее был отправлен на фронт, воевал, был ранен, вернулся без руки, награжден боевыми орденами и медаля­ми. Потом работал у нас бригадиром, сно­ва председателем колхоза. Последние годы – охранником на Мелеузовском ДОКе. Умер в 1957 году. Мне сейчас 85 лет. Сын живет со мной, работает слесарем на мя­сокомбинате. Мы рады, что правда при­шла в наш дом.

Сычкова Анастасия Васильевна, жена быв­шего, заведующего ОТФ колхоза «Сарлак»,

– В марте 1933 года нас, как и многих в с. Дарьино, раскулачили. Хотя, как счи­таю я и другие мои односельчане, осно­ваний для этого не было. В семье было восемь душ. Все у нас отобрали, а семью отправили на высылку. На лошадях добра­лись мы до Златоуста, где был распреде­лительный пункт. По причине тяжелого моего состояния роженицы нас снова вер­нули в Дарьино, но там не приняли, не выдали документов, отказали в жилье. При­шлось податься в деревню Кандикеево, а потом в 1935 году – в башкирскую де­ревню Мало-Мукачево. Сюда приглашали всех раскулаченных для уборки урожая. Тут обеспечили нас работой, дали дом. Муж Александр Ильич был старшим чабаном. Но в 1937 году произошел падеж овец, пал племенной баран. Александра Ильича арестовали прямо на ферме, при­знали врагом народа и осудили на 10 лет. Судили тогда 9 человек в Мелеузе. Нахо­дился три года в лагерях Севера без пра­ва  переписки и передачи.

А мы в это время работали в колхозе с башкирами, которые очень заботливо относились к нам. Дети шесть лет учились в башкирской школе и не умели говорить по-русски.

В 1940 году муж вернулся в Мало-Мукачево. Затем с 1941 по июнь 1942 года был на фронте, ранен, контужен. После его де­мобилизации и излечения переехали в Ишимбай. Работал трактористом. Послед­ние 16 лет лежал парализованным. Сейчас я живу в Нефтекамске, имею пятерых детей, 20 внуков и правнуков. Мне 83 года.

Обо всем этом Анастасия Васильевна на­писала в Мелеузовский горком КПСС.

Сагитов Рашат Ибатович, пенсионер кол­хоза им. М. Гафури:

-А. И. Сычкова я знал по колхозу «Сарлак», где он заведовал ОТФ. Простой крестьянин, каких было много. Как он мог быть участником троцкистско-бухаринского центра? Видел его после войны. Он уехал и жил в Ишимбае.

О достоверности социального положения семьи Сычковых в то время Партизанский сельсовет недавно прислал в горком КПСС справку-подтверждение о том, что А. И. Сычков в период коллективизации в 1931 году действительно не был кулаком, а относился к середнякам, наемного труда не использовал. Он одним из первых всту­пил в колхоз «Золотой колос» и доброволь­но сдал в сельхозартель инвентарь и дру­гое имущество, а раскулачен был по на­говору (архив Партизанского краеведчес­кого материала, акт-ведомость N2 15 ин­вентарного имущества Сычкова А. И. от 19 августа 1931 года). О В. Г. Сучкове из Нового Карагана тоже помнят земляки.

Исякаева Рауфа Гайфулловна, дочь Г. С. Исякаева. Вот строки ее письма из села Верхотор Ишимбайского района:

– Как отца в 1937 году арестовали, я не помню, была еще маленькой. Мама умерла в 1944 году, при жизни она часто рассказывала о папе.

Не было от него ни одного письма и домой из мест заключения он не вер­нулся. Односельчане из Арасланово пом­нят его, тепло о нем отзываются как о человеке и как о председателе колхоза «Ирик».

Я на пенсии, воспитала пятерых детей.

Исякаев Тимергали Гайфуллович, сын Г. С. Исякаева:

– После смерти матери один фронто­вик определил меня в Зирганский детдом. Я часто болел, лечился в Стерлитамакском госпитале. И снова – детдома: в Мелеузе, Юмагузино. Два десятка лет проработал на «Уралмаше,» последние де­сять – в Каменске-Уральском. Сейчас на пенсии, продолжаю трудиться. Имею офи­циальное сообщение: отца реабилитиро­вали в 1958 году.

Шляков Александр Михайлович, пенсио­нер:

– И мне пришлось накоротке встре­чаться с зоотехником райзо Рамеевым Усманом, тогда еще молодым человеком, только что окончившим Саратовский сель­хозинститут. У него даже не было теплой обуви, при поездках в колхозы зимой на­девал ботинки. Это был неплохой специа­лист.

Сиротин Василий Павлович, фронтовик:

– В марте 1943 года мы, группа воен­нослужащих, работали на очистке от сне­га уфимских железнодорожных путей. Я к тому времени побывал на фронте, был ранен, отпущен для излечения домой в деревню Дарьино. И вот теперь опять на­ходился на республиканском военном сборном пункте.

Среди нас находились на расчистке сне­га люди разных национальностей.

– Вы  откуда прибыли сюда? – поин­тересовался один из них у меня.

– Из Мелеузовского района.

– А я из тех, кого судили в Мелеузе в 1938 году. Рамеев Усман, бывший зоо­техник райзо, получивший по приговору су­да 15 лет. Только что освободился из мест заключения, жду направления  на фронт.

Старые мелеузовские большевики Бураканова Гульсум Ахмерзяновна, Туманин Игнат Васильевич, Петров Иосиф Михай­лович и другие помнят некоторых наших руководителей, специалистов, осужденных более пятидесяти лет назад, с отдельными вместе работали, встречались по службе, присутствовали на процессе. Все они положительно характеризуют их.

Про остальных, ранее прибывших из дру­гих районов: М. Ф. Соловьева, С. А. Ахунова, П. З. Дьяконова, об их родственни­ках, близких узнать мне не удалось.

А вот о председателе райисполкома И. Т. Селезневе располагаю полными  анкетными данными, присланными из партархива Башкирского обкома КПСС. Родился он в 1896 году в Благовещенске, окончил двух­классное училище. С 1912 года – нарез­чик болтов, помощник счетовода, с 1915 года – рядовой царской армии, младший унтер-офицер, потом принимает участие в боевых операциях Красной Армии на Восточном фронте. Коммунист с 1919 года, прошел большой трудовой путь. С 1922 года – секретарь орготдела райкома пар­тии, секретарь волисполкома, директор Бла­говещенского леспромхоза, там же – председатель райисполкома. С 1934 по январь 1937 года возглавляет Советскую власть в Мелеузе.

Подробное письмо об отце прислала мне из Уфы его дочь – Бердинских Лилия Павловна.

– Моя мама, – пишет она, – Анисия Артемьевна, умерла в 1975 году. Когда папу судили, я была маленькой, мама мне о нем часто рассказывала. Во время обыс­ка и ареста все его документы и фото­графии были изъяты. Реабилитировали его в 1958 году. Все эти годы мы верили в невиновность отца. Подпись о при­знании им вины следователи в Мелеу­зе добились от него путем пыток. Неделю без перерыва велся допрос, не давали пить. Последний наказ отца: «Оня, живи, бе­реги Лильку. Я ни в чем не виноват». По­том мама уволилась из Мелеузовской школы, где преподавала русский язык и ли­тературу в 5-6 классах, и мы с ней перееха­ли в Благовещенск. После войны мама воспитала еще двух детей своей умершей сестры. И все это на свою нищенскую зар­плату. Как только касалось распределения часов в школе, ей напоминали, что она – жена врага народа, помощи не было ни­откуда. Все отвернулись, даже родственни­ки. Я рада, что о моем отце помнят в Мелеузе, что правда есть на свете».

 

Правда восторжествовала

Недавно из Прокуратуры Башкирской АССР я получил письмо: «На Ваше заяв­ление по вопросу о реабилитации А. И. Сычкова, Е. С. Сергеева, В. Г. Сучкова, У. X. Рамеева, М. Ф. Соловьева, Г. С. Ися­каева, П. Т. Селезнева, С. А. Ахунова и П. З. Дьяконова, осужденных приговором специальной судебной коллегии Верховно­го суда БАССР от 7-15 января 1938 года, сообщаю, что все они реабилитированы определением судебной коллегий по уго­ловным делам Верховного Суда СССР от 9 декабря 1958 года, вынесенным по про­тесту заместителя Генерального прокуро­ра СССР. Уголовное дело в отношении указанных лиц прекращено за отсутстви­ем в их действиях состава преступления. Старший помощник прокурора БАССР Е. Н. Кучеров».

Итак, правда восторжествовала. Пере­стройка утверждает справедливость.

И. Чуриков,

учитель средней школы № 2.

 

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *