Заслуженный колхозник. Зюляркин Иван Артемьевич

Пучкин, А. Заслуженный колхозник [Текст] / А. Пучкин

// Путь Октября. – 1971. – 17 апреля. – С. 3.

 

Если войдешь во двор его дома, у тебя сразу в мыслях: хозяйственный человек живет здесь! Двор широкий, аккуратно прибран, все здесь у места и к месту. А Иван Артемьевич опять прохаживается с вилами вдоль и поперек двора. Там поднимет прутик, там согребет соломку. Присел отдохнуть, задумался.

Годы, годы… Они – словно быстрые птицы. Вот скоро и седьмой десяток стукнет. Но не постарело сердце. Всегда работы просит. Каждый день зовет в правление колхоза.

А в колхозе имени Салавата Ивана Артемьевича Зюляркина встречают как своего, как нужного делу человека.

Вот уж и апрель. Солнце греет сильнее, скоро начнется и сев. Вспомнилось Ивану Артемьевичу давнее, вспомнилось, как начинали строить счастливую жизнь…

Отец Ванюшки, Артемий Зюляркин, пришел с фронта вскоре после революции. Пришел убежденным в правоте Советской власти. Беднейшее зирганское крестьянство быстро тогда объединялось вокруг коммунистов.

В 1918 году на Мелеузовскую землю пришли арьергарды Дутова. Всех, кто устанавливал Советскую власть, арестовали. Многих публично били плетями. Двое белых    ворвались к Зюляркиным.

– Где отец?

Ваня с Алешкой, забравшись в угол, молчали.

Мать шепнула Алешке:

– Сейчас отец уже едет из Мелеуза. Беги, встречай. Скажи, чтоб не появлялся дома.

Алешка встретил отца у Климовки.

– Тебя, тятя, беляки ищут. Убегай в поле, за Белую. Туда с едой Ванюшка пошел…

Советская власть победила. Зирганцы начинали новую жизнь, начинали бороться за свое людское счастье, все вместе давая отпор наскокам кулаков.

Иван Артемьевич Зюляркин в 1924-26 годах служит в Красной Армии, в Ленинграде. Здесь вступает в комсомол.

Вернувшись в Зирган, становится самым активным бойцом кружка атеистов.

В 1930 году семья Зюляркиных с первыми энтузиастами вступает в колхоз. Иван Артемьевич работает заведующим фермой, секретарем сельского Совета. Семь лет председательствует в колхозе. Но эти годы – с 1939 по 1946 – самые трудные, самые суровые.

Все было. Но больше всего хватало горя. Извещением о гибели того или иного воина-земляка оно чуть не каждую неделю входило в село.

Женщины не сдавались. Даже на коровах пахали. И хлеб фронту давали.

Прошли годы. Ивану Артемьевичу пенсию установили. Отдохнуть бы. Нет, не сидится дома. Пришел в правление. Стал членом ревизионной комиссии. Работал на севе костра, на сенокос ходил.

Когда группу народного контроля возглавил Тагир Мустафьевич Вильданов, Зюляркин стал ему хорошим помощником.

Председатель колхоза был немногословен:

– Вот что, товарищи. На ферме в Семеновке обнаружена пропажа овец. Разберитесь тщательно…

Зюляркин и Вильданов внимательно изучили все. Вызвали на откровенность заведующего Яковлева. Оказалось: несколько голов пало, но их не актировали. И вообще, учет на ферме был из рук вон плохой.

Виновные понесли наказание. Тогда-то Иван Артемьевич и высказал мысль:

– А не проверить ли, каков у нас учет во всех бригадах?

Шла в Сабашево машина с силосом. Зюляркин махнул шоферу:

– Сколько везешь, сынок?

– 4 тонны, Артемьич.

– Давай на веса.

– Так ведь я без обману, четыре тут. И тороплюсь еще рейса три сделать.

– А мы еще раз проверим. Недоставало 4-х центнеров.

– Вот те и раз! – сдвинул на затылок кепи шофер.

– Пожалуй, не раз, а каждый раз обманываете сами себя, свой колхоз…

А потом заглянули на склад. Кладовщик отпускал овес ведром, не вешая.

– Много в ведре?

– Шесть килограммов.

– А ну-ка, свешаем.

Свешали – 6400 граммов. На складе обнаружили 70 центнеров овса излишков.

В народе говорят: каков человек для людей, таково ему и от людей. А для людей родного колхоза Иван Артемьевич Зюляркин отдает и сердце, и свой силы.

Идет он по Зиргану – каждый встречный, от вихрастого пацана до пожилого колхозника, ему:

– Здравствуйте, Артемьевич!

– Как здоровье?

– Пока не жалуюсь. Ещё пригожусь колхозу. Скоро сев. Опять поработаем.

По долгу работы я иногда бываю в Зиргане. С Артемьевичем мы давно знакомы. Увидит – обязательно домой на чашку чая позовет. Такой уж он человек, Иван Артемьевич, добрый,  приветливый.

И за это ему все платят тем же: уважением и добротой.

А. Пучкин.

Зирган – Салават.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *